"Дошли до низости": вдова Градского впервые высказалась о битве за миллиарды с его старшими детьми
Спустя почти 5 лет после ухода из жизни легендарного мэтра Александра Градского, страсти вокруг его многомиллиардного состояния не утихают, а лишь разгораются с новой силой. Последняя супруга артиста Марина Коташенко открыто призналась, что находится в состоянии затяжной войны со старшими наследниками музыканта. Ситуация накалилась до предела: суды высших инстанций пересматривают доли владения имуществом, а родственники дошли до взаимных обвинений в краже архивов и даже намеков на причастность к трагическому финалу жизни композитора.
Судебные тяжбы и потерянные архивы
Марина Коташенко заявила в подкасте "Как есть" с Денисом Пархоменко, что старшие дети Александра Борисовича категорически отвергают принцип равного распределения наследства. По словам вдовы, Даниил и Мария Градские настаивают на своем приоритетном праве, считая только себя настоящей семьей Градского: "Я пыталась наладить отношения, но они дошли до такой низости, как война...".
Женщина сетует, что из квартиры был полностью вывезен бесценный архив - записи, нотные тетради и уникальные фотографии, к которым ее младшие сыновья Александр и Иван теперь не имеют доступа. Марина подчеркнула, что мальчики лишены не только материальных ресурсов, но и памяти об отце.
Это интересно: в разгар судебных разбирательств адвокаты старших детей поставили под сомнение кровное родство Градского с его младшим сыном Иваном, утверждая, что из-за состояния здоровья мэтр в 2018 году уже не мог стать отцом. Вопрос ДНК-тестирования даже привел к разговорам о возможной эксгумации тела Градского.
На данный момент юридическое противостояние достигло своего пика: после победы в апелляции кассационный суд внезапно отменил решение в пользу Коташенко. Теперь судьба 2/3 активов, на которые претендовала вдова, висит на волоске - последняя надежда остается на Верховный суд.
Марина жалуется, что у нее с детьми нет ни одного жилого объекта, где они могли бы чувствовать себя в полной безопасности, так как вся недвижимость поделена на микродоли. Старшие же наследники мечтают превратить квартиру в Козицком переулке в музей, чтобы окончательно вывести ее из распоряжения молодой мачехи.
Обвинения в отравлении и арбузное дело
Личная жизнь семьи после смерти маэстро напоминает детективный сериал. Сын музыканта Даниил публично озвучил подозрения, что к резкому ухудшению здоровья отца мог привести поступок вдовы. Он вспомнил странный эпизод с несезонными арбузами, которые Марина привезла в дом незадолго до инсульта артиста. По версии Даниила, пока врачи реанимации сражались за жизнь Градского, его супруга уже была занята сбором наличных денег и ценных вещей в творческой мастерской.
Сама Марина эти нападки отвергает, вспоминая, как при жизни постоянно пыталась заставить мужа следить за собой. Она призналась, что часто пилила Александра Борисовича за пагубные привычки, любовь к вредной пище и изнурительный график в шоу "Голос". Однако мэтр был непреклонен и хотел распоряжаться судьбой так, как считал нужным. Вдова утверждает, что все иски были инициированы не ею, а она лишь вынуждена защищать интересы своих несовершеннолетних детей в условиях тотальной враждебности со стороны их брата и сестры.
Пропавшие стулья и надежда на мир
Конфликт между родственниками дошел до абсурда: стороны начали делить даже старинную мебель и кухонную утварь. Коташенко обращалась в правоохранительные органы с заявлениями о пропаже проектора и фамильных стульев из загородного особняка. Самой горькой потерей она считает исчезновение портрета матери Градского, который всегда был для него святыней.
Марина уверена, что Даниил и Мария просто не могут простить отцу тот факт, что он позволил себе начать жизнь с чистого листа и родить еще двоих детей, с которыми теперь приходится делиться ресурсами. Несмотря на все сложности, вдова старается не растить своих сыновей в атмосфере ненависти. Она все еще надеется на мирный исход и на то, что когда-нибудь все дети Градского смогут общаться по-человечески и без участия адвокатов.
