«Саванна» выглядела как корабль будущего: почему шикарный ядерный лайнер США оказался никому не нужен
Атомный лайнер «Саванна» стал самой смелой попыткой США обелить ядерную энергию после Второй мировой войны. В 1953 году Эйзенхауэр предложил ООН программу «Атом для мира», чтобы превратить реакторы из оружия в инструмент прогресса. Частью этой затеи и стало гражданское судно, которое должно было заходить в мировые порты и доказывать, что атом безопасен. История NS Savannah показывает, почему красивый замысел разбился о страх, финансы и политику, пишет портал Popular Science.
Корабль-витрина
К моменту рождения проекта мир был наслышан об американской атомной подлодке «Наутилус». Однако подлодка с оружием на борту не могла снять напряжение в обществе. Требовался корабль мирный, грузовой и пассажирский одновременно.
«Саванна» задумывалась как витрина. Она должна была заходить в Роттердам, Гавр, Нью-Йорк и другие крупные порты, чтобы люди увидели потенциал ядерной энергетики на гражданской службе и наконец поверили в мирный атом.
Даже название взяли символичное – в честь парохода 1819 года, который первым пересек Атлантику с паровой тягой. Новый атомоход должен был подчеркнуть преемственность технологий.
С технической стороны «Саванна» выделялась среди прочих судов. На обычных кораблях топливо хранится в трюмных баках, а заправка идет через шланг. Здесь же активная зона реактора занимала центр корпуса и находилась под палубным люком, чтобы кран мог до нее добраться. Инженеры придумали каплевидную надстройку, которая стала узнаваемым силуэтом корабля. Реактор выдавал 74 МВт тепловой мощности, а скорость достигала 20–21 узла.
Оформление салонов тоже обыгрывало ядерную тематику. В баре стойка для бутылок напоминала таблицу нуклидов. Панели подсвечивали столики возле танцплощадки. Ступени главной лестницы украшала плитка с атомным орнаментом. А в зоне отдыха гости включали телевизор и наблюдали за работой реактора, находившегося под палубой.
От ворот поворот
«Саванну» спустили на воду в 1959 году, но задумка начала трещать по швам до этого. В Европе холодно восприняли инициативу американцев. Дания в знак протеста отказалась принимать подлодку «Скейт» в своем столичном порту, хотя визит до этого уже был согласован. Англичане запретили заокеанским партнерам направлять ядерные субмарины в гавани городов, разрешив заходить на стоянку только на удаленный остров Портленд.
Планирование маршрута «Саванны» проходило со скрипом и походило на дипломатический квест. Переговоры о предоставлении разрешения на заход в отдельный порт конкретной страны растягивался на недели. Власти принимающей стороны требовали гарантий, что судно не оставит радиационный след, а местным рыбакам не доведется однажды выловить трехглазую рыбу или наткнуться на краба-мутанта.
Триумф, который не окупился
В коммерческом плане «Саванна» стала провалом. Хотя за свою недолгую историю лайнер посетил 13 стран и останавливался в 46 портах, перевезя в сумме свыше 1,4 млн пассажиров. Когда случилось очередное обострение между СССР и США, апогеем которого стал Карибский кризис, тема популяризации мирного атома ушла с повестки.
Для «Саванны» период с 1962-го по 1965-й обернулся простоем. Непозволительная роскошь для корабля, постройка которого обошлась в почти $50 млн, что в 3–4 раза дороже обычного судна аналогичных габаритов. Экипаж, специально обученный обращению с реактором, требовал высоких зарплат. Со страхованием тоже были проблемы. Частники не хотели брать на себя риски, поэтому правительству пришлось гарантировать покрытие на $500 млн.
К концу 1960-х даже Пентагон, один из главных клиентов торгового флота, признал, что традиционные суда выгоднее. Финансирование урезали, и в 1971 году «Саванну» отправили на стоянку. Через два года грянуло нефтяное эмбарго, и цены на топливо взлетели. Останься корабль в строю, его независимость от нефти могла бы снова стать козырем.
Сегодня «Саванна» стоит в Балтиморе и работает как музей. Реактор с корабля сняли, но корпус и внутренние помещения сохранили. Судно включено в список национальных памятников США. Посетители могут пройти по каютам, заглянуть в машинное отделение и увидеть пульт управления.
Полезно знать
Попытки повторить американский эксперимент предпринимались и в других странах, но всякий раз путь упирался в одинаковые преграды.
Немецкое судно «Отто Ган» продержалось в атомном режиме 10 лет. Затем запреты на заходы в порты и дорожавшее обслуживание заставили сменить ядерную установку на дизельную.
Японский «Муцу» ждала еще более тяжелая судьба. Рыбацкие общины два года не выпускали его из бухты, срывая первый выход в море. Реактор удалось запустить только в 1974 году, и сразу случилась утечка. Экипаж спасался подручными средствами, приспосабливая для радиационной защиты вареный рис и старые носки.
Советский атомоход «Севморпуть» сопротивлялся дольше остальных, но с 2024 года замер у причала в Мурманске.
Гражданские атомные суда так и не прижились, однако военные моряки доказали, что ядерная силовая установка работает надежно. Американский флот с 1955 года наработал 6200 реакторо-лет и ни разу не столкнулся с аварией. Сегодняшние малые модульные реакторы превосходят установки 1950-х по безопасности и легче проходят сертификацию. На морские перевозки приходится 3% глобальных выбросов парниковых газов, поэтому атомная тяга вновь привлекает внимание.
Проверено редакцией
Коммерческий провал «Саванны» не означает, что атомная тяга в принципе не подходит гражданскому флоту. Заместитель генерального директора «Росатома», глава Арктической дирекции Вячеслав Рукша в интервью «Атомной энергии 2.0» отметил, что в Арктике атомные ледоколы особенно ценны за способность месяцами работать автономно: дизель-электрические суда могут конкурировать с ними на коротких маршрутах, но для продолжительной проводки во льдах возможностей атомохода больше.
Поэтому судьбу «Саванны» правильнее рассматривать не как приговор морским реакторам вообще, а как проблему конкретной бизнес-модели. Для обычного грузового судна дорогой реактор, специальный экипаж и сложная портовая инфраструктура могли не окупаться, тогда как для ледокола длительная автономность и высокая мощность сами по себе являются частью основной работы. Именно поэтому коммерческие атомоходы почти исчезли, а атомный ледокольный флот продолжил развиваться. Правда, на текущий момент таковой имеется только у России.
